Чисто семейное дело - Страница 165


К оглавлению

165

— Думается, не по чину тебе за принца выходить. Родом не вышла.

— Я маркиза! — обиженно напомнила невеста.

— Вот именно! — хором подтвердили Рагнар, Эдуард и Хельги. Последнего такой поворот событий тоже устраивал как нельзя лучше.

— Этого недостаточно, — упрямился гном. — Это мезальянс. Не уподобляйтесь Улль-Бриану с пастушкой.

— Ничего! — воодушевленно потер руки наследник оттонского престола. — Сейчас она у нас настоящей принцессой станет! Ильза, будешь моей сестрой по оружию?

— Конечно, — степенно согласилась та. — Я же тебя люблю. В смысле как брата… — И размечталась: — Тогда у меня еще мама с папой будут, и не останусь я сиротой…

— К вопросу о связях и стимулах! — усмехнулся Аолен.

А Рагнар обрадовался:

— Вот и прекрасно! Сейчас договор заключим, потом по дороге свернем в трактир, сыграем свадьбу…

— Может, сперва хотя бы до дому дойдем? Невесте перед свадьбой помыться не грех! — остановила увлекшегося рыцаря Меридит.

— Ладно, — сник тот, — домой так домой… в Уэллендорф, что ли? Или к нам в Оттон?

— До Узллендорфа ближе, — решил Хельги.

В Уэллендорфе возникла небольшая проблема с торхами. Пришлось, не заходя домой, отправляться к паромной переправе, перевозить копытных через Венкелен. Нечего было и рассчитывать, что несговорчивый паромщик пустит на свою посудину страшных говорящих коней одних, без провожатых. Не говоря уж о том, что денег у торхов в помине не было.

Дядька, как и в первый раз, заупрямился, разорался: денег не надо, пшли прочь! Тогда к нему вплотную подошла Энка и зашипела страшным голосом:

— Вот если ты их сейчас перевезешь — ускачут в степь, и больше ты их не увидишь никогда. Откажешься — расплодятся по всему Староземью, спасу не будет! Знаешь, как человечину зубами рвут?! Страсть! А вон та кобыла, смотри, беременная уже!

Хельги стоял рядом, добросовестно переводил торхам ее слова.

— Вот дуреха! — обиделась указанная кобыла. — И вовсе я не беременная, просто сытая и гладкая!

Против упоминания человечины не возразил никто.

Что оставалось бедному паромщику? Перевез. И денег не взял.

Пока провозились с торхами, наступил вечер, сгустились синие зимние сумерки, мороз ударил — домой захотелось, страсть! Там тепло, там спокойно и безопасно. Там — мирная жизнь, в которой они — не воины, спасающие мир, а простые обыватели, которые днем ходят на работу и в трактир, вечером моются в ванной, ночью спят на своих кроватях, в ночных рубашках с кружавчиками (не все, конечно) и даже без ножа под подушкой…

— Стоп! — вдруг замер на месте Хельги. До дверей их дома оставались считаные шаги. — Смотрите! Что это?! — Кивком головы он указал на окно их квартиры.

В окне ярко горел свет. Не то магический огонь, не то штук десять свечей… Вот вам и мирная жизнь!

— А может, это не засада? Может, хозяин решил нас выселить и сдал комнаты другому? — шепотом гадала Ильза по дороге наверх.

— Как он мог нас выселить, если на пять лет вперед проплачено? — сердито шипела в ответ Энка. — Одного не пойму: зачем они свет зажгли? С головой себя выдали. Щас мы их!..

Но это не была засада. И хозяин оказался ни при чем.

Рагнар тихо постучал в дверь — откроют или надо ломать? Открыли. На пороге, в длинном цветастом халате и пуховом платке Ильзы, в домашних шлепанцах Меридит стояла… Генриетта Рю'Дайр собственной персоной!

— Ну наконец-то! — зычно провозгласила она. — Явились, демоны вас раздери на части! Я уж до смерти заждалась!

— Ты… откуда?! — попятился от неожиданности рыцарь.

Чудесное появление дайрской принцессы в Уэллендорфе объяснялось просто. Прожив неделю-другую в гостеприимном оттонском дворце, дама вдруг обнаружила себя в интересном положении. В таком, что о возвращении в отчий замок не могло быть и речи — родители непременно потребуют ответа, где и с кем нагуляла, и в жизни не поверят, что с парнем из мира иного ради спасения мира родного. Ей не поверят, потому что убеждены: у всех девок одно на уме, и принцессы не исключение. А двум престолонаследникам дружественных держав и настоящему демону поверят, потому что персоны важные, требуют уважения.

Ждала она их в Оттоне, ждала, потом надоело. Пока река не стала, перебралась в Уэллендорф — вдруг туда раньше придут? Спасибо, королевские гребцы знали дорогу к их жилью, проводили. Взяла у хозяина ключ, снова стала ждать. Ждала, ждала… Уж и ребенок родился, а они все не шли…

— Где ребенок?! — взвизгнула Ильза. — Покажи!

— А что так рано-то? — бестактно удивился Хельги. — А по моим расчетам выходило, если что, так не раньше февраля, и то недоношенный…

— По его расчетам! — возмутилась Генриетта. — Да кто тебе вообще дал право рассчитывать такие вещи?! — Но быстро сменила гнев на милость и пояснила: — Просто у нас в родне по материнской линии были феи. Поэтому все быстрее.

— Надо же! Феи! — восторженно, без намека на иронию шепнула Ильза на ухо жениху. — А я думала, лошади… Так где ребенок-то?!

— Идем, покажу, — великодушно, широким жестом пригласила принцесса. — В кухне он, там от печи теплее…

Ребенок лежал в деревянной колыбели у стола, весь в голубых кружевах. Тихо попискивал во сне. В крошечном сморщенном личике явственно просматривались лошадиные черты…

— Ай, какой хорошенький!!! — всплеснув руками, вскрикнула Ильза негромко, чтобы не разбудить.

И тут…

Уже лет десять как появилось в Уэллендорфе сказочное достижение современной цивилизации — водопровод. Однако работало оно, скажем прямо, по настроению. И настроение это случалось нечасто. А потому в ванной комнате приходилось постоянно держать несколько ведер с водой для бытовых нужд, а в кухне, на столе — большой кувшин для питья.

165